1.
-Скажи, а откуда ты вообще взялся? – вдруг спросила она. Ни с того ни с сего. Просто взяла и спросила. Хотя ответ, верно, знала и сама. Наверно, хотела услышать именно то что я скажу ей на это в этот раз.
- Ты сама придумала меня…- как можно непринужденно ответил я.
- Но ведь фантазии не могут становиться явью…- она как будто себе это сказала, а не мне. Хотя со стороны так оно вероятно и выглядело…
- Твоя фантазия стала явью… - ответил я, - только в твоем мире.
- Вот именно! В моем мире… – она вдруг встала с кровати и прошла к окну. Там она залезла с ногами на подоконник и уставилась вниз. Я тоже подошел к окну. Там внизу мелькали машины, горели попеременно красный, желтый, зеленый на светофорном столбе, суетились люди. Она молча глядела на то, что твориться внизу. Я вздохнул, не найдя что теперь говорить. Эта тема уже несколько раз поднималась. Иногда все идет своим ходом. Мы общаемся, ходим гулять, смотрим на речку с моста или кино в кинотеатре… А иногда ее начинает пробивать на вопросы, на которые ни я ни она не может знать ответа. Бывают такие вот вопросы. На них никто не знает ответов. Только предположения. Я, в самом деле, не знаю, почему она придумала меня. Почему вдруг на шестнадцатом годе ее безмятежной жизни ей захотелось себе собственного друга, друга, который бы существовал только для нее? Причины, наверное, только ей и известны. Мне она их почти никогда не рассказывала. Но вот почему ее бредовые мысли воплотились в жизнь, и я стал из мыслей в ее детской головке превращаться в нечто существующее не пойми где. То есть это значит, она меня видит, слышит, ощущает, а другие – нет. Вот как. Почему так? Я не знаю. Она конечно тоже не может знать. Не могут знать и никто из взрослых, и они не помогут ей, расскажи она им об этом. Ее могут только отправить к психиатру, который также ничем не поможет, поскольку будет бороться с нервной системой, а не с чувствами. Ей просто нужна любовь. Но пока ее нет, у нее есть я.
Юки вновь посмотрела на меня, силясь прочитать мои мысли. Потом опустила глаза.
- прости… - выдавила она, - я знаю, что ты не виноват. Это я виновата!
- Ты тоже не виновата, Юки. Просто тебе нужен был кто-то, кто бы тебя понял и был бы с тобой каждую минуту. И вот он я. Как только тебе это не будет нужно, меня не будет.
- Не говори так! – глаза Юки расширились от испуга, - я никого не захочу, чтобы ты ушел. Ты всегда будешь нужен мне! – она слезла с подоконника и обняла меня за шею, для чего мне пришлось немного нагнуться.
- может и так… - неопределенно протянул я. Конечно, захочет. Как только встретит свою настоящую любовь, я ей буду не нужен. И это естественно. Когда человек находит счастье в реальном мире, ему перестает быть нужна иллюзия счастья я в его собственном внутреннем мире. Это логично. Но пока она этого не понимает. Так что я не буду загружать ее этими объяснениями. Придет время и она осознает это сама. Со временем…
Я только тоже обнял ее маленькое, хрупкое тело. Она была прекрасна. Поправив прядь волос, Юки улыбнулась. Так искренне улыбаются только дети, которым подарили немного тепла и ласки. Юки и была таким ребенком. Для меня. Но когда я ей говорил об этом, она почему-то обижалась. Не понимаю, почему она не может признать, что это же, на самом деле, прекрасно. Юки было 17. Но в своем возрасте она сохранила ту наивную детскость и привлекательность, которая присуща только детям. И что удивительно, такое случается очень редко. К этому возрасту, а то и раньше, подростки обычно все это утрачивают, развращаются и ведут себя так словно видят в периоде «взрослая» весь смысл жизни, стремясь побыстрее вырасти. В том, что ты взрослый, я лично, не вижу ничего, к чему нужно было так стремиться в этом подростковом возрасте. Только больше проблем, больше вопросов, для которых нет ответов и еще больше мнительности. Хотя конечно, у меня как раз, можно было подумать, вообще не должно быть никаких проблем. Ведь живу я в чужом мире. Не в реальном. Но ведь и я там когда-то жил. Иначе откуда бы мне все это знать? Или нет?
- Ты не обижаешься? – спросила Юки.
- Совсем нет. Ты имеешь права на эти вопросы.
- Да но…
- Но давай не будем тормошить старое. Все в этом мире не может быть по-другому, чем это есть. Я есть. И все. Просто так есть, - я решил побудить ее к перемене темы. Хватит уже об этом думать. Это ни к чему не приведет.
- Наверное, ты прав. Пойдем смотреть закат?
- Тебя не будут искать?
- Да нет. Сегодня слишком замечательный вечер для этого.
Какой красивый предлог для того, чтобы растопить мое волнение. И она растопила.
- Ну, тогда – пошли.
2.
Закат был и правда красивым. Таким красивым, каким не был за все время до этого. А мы довольно давно ходим сюда смотреть закат. Ничего особенного в этом месте не было. Просто удобное место для этого случая. Небольшой пригорок. Внизу насколько хватало взгляда, простирались неровные домики частного сектора. Но до них было далеко. Позади бывший когда-то участок этих же домиков. Теперь, когда дома там сгорели, землю так и никто не купил. Сгоревшие остатки бревен, бывших некогда домами, до сих пор нетронуты. А вокруг разрослись кустарники. Хорошее место. Нас не было видно ни с какой стороны. Если только подниматься в гору со стороны частных домов, можно было заметить на пригорке одинокую фигуру девушки, обхватившую руками колени и смотрящую то в небо, то в сторону. Но в стороне, конечно, никто бы не увидел меня. Но люди обычно здесь не ходят. Здесь нет ни тропинки, ни чего-нибудь того, ради чего сюда стоило бы подниматься, кроме этого заката.
- Красиво, правда? – Юки придвинулась ко мне поближе и прислонилась щекой к моему плечу.
- Да… - подтвердил я.
Мы еще долго сидели так и смотрели на меняющее краски небо, пока солнце совсем не село.
Утром Юки решила зайти в любимый книжный магазин. Утро было теплым. Настроение у Юки было сегодня на радость хорошим. Всю дорогу мы смеялись. Я шутил, она смеялась моим шуткам, а я смеялся ее заливистому смеху и радостным глазам. С ней такое происходит довольно редко, признаться. Юки зашла в магазин и еще не успела перестроиться. Она все еще смеялась, когда заметила на себе непонимающие взгляды посетителей. Юки тут же нахмурилась и насупилась. Зло ухмыльнулась – взгляды моментально потеряли к ней интерес. Теперь у Юки испортилось настроение. Не удивительно. Оно всегда портилось от подобного рода вещей. Ведь окружающие люди не понимали что у нее такая особенность, если так можно выразится. Другие люди не видели меня. Только Юкки, разговаривающую и смеющуюся сама с собой.
Юки посмотрела на меня, глазами спрашивая – почему так? не все ли им равно?
Я пожал плечами и показал ей на книжку в последнем ряду. Юки подошла к полке и взяла книжку в руки. «Любовь Джека» - гласило название книжки.
Глаза Юки против ее воли улыбнулись. Сама она оставалась мрачной. Эту книгу мы искали по всем магазинам. Подумав и перестав, наконец, дуться на весь мир, Юки забыла про несправедливость мира и улыбнулась уже по-настоящему, а не только глазами.
Пройдя к кассе, Юки начала рыться в карманах куртки, в поисках сотки. Я тронул ее за плечо. Когда она обернулась, я показал ей на карман джинсов. Скривив улыбку, Юки расплатилась. Она всегда что-нибудь забывала. А я подсказывал.
Еще она всегда не знала, что делать или что сказать в тех, ситуациях в которых прежде не бывала. Например, как найти дорогу в областную библиотеку, или как правильно заполнять заявления на пенсию (ей выплачивали пенсию по причине потере кормильца: отец Юки умер, когда ей было . Конечно, она еще разберется, ей всего 17. Но уже приходилось выполнять такого рода действия. И я ей, конечно, помогал чем мог. Я не мог написать за нее заявление или контрольную по математике, но подсказывал то, что знал сам. Увы, математику я почему-то совсем плохо знал, и Юки злилась на меня, если я подсказывал неправильно, а она получала трояк. Но сразу же отходила. Ведь не разговаривать со мной значило бы потерять общение, которое она и выдумала. Хотя кто кого выдумал, мы до сих пор не выяснили. Ведь обычная шестнадцатилетняя девчонка не могла придумать целый комплекс явлений, из которого состоит пусть самый обычный незаурядный человек. Ход мышления, знания, опыт… все те вещи о которых она сама не знает… Признаться даже я сам иногда впадаю в депрессию когда пытаюсь разрешить эти вопросы. Хотя мне, по-видимому, этого не положено. Юки придумала меня, чтобы я помогал ей. Хотя бы какое-то время был с ней, поддерживал, давал понять, что она нужна в этом мире. Но вот ведь как – у такого феномена, как я, откуда-то взялась своя собственная индивидуальность…
Как-то я спросил ее, что было в ее голове до того, как она выдумала меня. Кого она хотела придумать. Она ответила, что не хотела меня придумывать. Просто ей в голову лезли «нехорошие мысли» и она думала, что если бы у нее был человек, который бы ее понимал, все было бы по-другому.
Мы пришли поздно. Как только Юки переоделась и покончила с кружкой чая, ее сморил сон. Она легла и тут же уснула. Я сел на край ее постели и долго смотрел на нее спящую. Какая она красивая. В своей синей ночной рубахе. Детское личико со слишком взрослыми глазами на нем. Растрепанные волосы черного цвета - крашенные. Сейчас они были у корней примерно на два сантиметра ее натурального русого цвета, а дальше черного. Мне даже так нравилось. Я повернулся к зеркалу. Каким она придумала меня? Я не часто смотрел в зеркало. Мне это было не особо нужно, да и не было смысла…я там все равно ничего не видел… Ничего… я там не видел ничего кроме отражения комнаты. И каждый раз было такое ощущение, что тот, кто был по ту сторону зеркала мог меня видеть, а я нет. Кто-то и вправду существовал с моими характеристиками, с моим лицом, но только там, за поверхностью зеркала. Может быть это я – его отражение, а не он – мое? Я лишь часть ее мира. И все. В любых других вариациях меня нет. Не существует… у меня даже имени нет…конечно Юки дала мне имя, она называла меня Ангелом..но того имени которое бывает у всех у меня не было… любопытные мысли рождаются… Я не верю в бога. Но тогда в чем тут дело?
. Конечно, она еще разберется, ей всего 17. Но уже приходилось выполнять такого рода действия. И я ей, конечно, помогал чем мог. Я не мог написать за нее заявление или контрольную по математике, но подсказывал то, что знал сам. Увы, математику я почему-то совсем плохо знал, и Юки злилась на меня, если я подсказывал неправильно, а она получала трояк. Но сразу же отходила. Ведь не разговаривать со мной значило бы потерять общение, которое она и выдумала. Хотя кто кого выдумал, мы до сих пор не выяснили. Ведь обычная шестнадцатилетняя девчонка не могла придумать целый комплекс явлений, из которого состоит пусть самый обычный незаурядный человек. Ход мышления, знания, опыт… все те вещи о которых она сама не знает… Признаться даже я сам иногда впадаю в депрессию когда пытаюсь разрешить эти вопросы. Хотя мне, по-видимому, этого не положено. Юки придумала меня, чтобы я помогал ей. Хотя бы какое-то время был с ней, поддерживал, давал понять, что она нужна в этом мире. Но вот ведь как – у такого феномена, как я, откуда-то взялась своя собственная индивидуальность…